- Главная
- Журнал «Лампада»
- 2010 год
- Номер 70
- Что город мой расскажет о себе?
Что город мой расскажет о себе?
В археологии культурным слоем принято называть горизонты земли, в которых сохранились материальные следы былого. По ним исследователи и восстанавливают минувшее. Или в крайнем случае получают о нём представление. В иных городах порой не надо для этого рыть землю: всё на поверхности – век нынешний и век минувший. Но то – в иных. На современную Москву смотреть без слёз зачастую невозможно. Если, конечно, любить её, как, скажем, сегодняшний гость «Лампады» Рустам Рахматуллин. С ним беседует корреспондент Екатерина Гончарова, котрая вместе с Александром Блохниным сделала и фотографии.
– Вы известный историк, знаток Москвы, культуролог. Состоявшийся писатель. Преподаете в Институте журналистики и литературного творчества. Публикуетесь в престижных журналах. Персональная рубрика в «Известиях»! Почему Вы взвалили на себя еще и эту ношу – координатор общественного движения «Архнадзор»? И вообще зачем оно нужно? Мало у нас официальных контролирующих организаций?
– Организаций и правда много. А вот с порядком… Наше движение объединяет людей, бескорыстно сплоченных одной идеей – выявить исторические памятники, которым грозит неминуемая гибель, и помочь их скорейшему восстановлению.В исторической части Москвы таких немало, это буквально кладезь для будущих поколений. Уверен, удивлю Вас, если скажу,
что далеко не все из них имеют статус охраняемых государством. Наша задача поставить такие объекты на государственную охрану, обратив таким образом внимание на их историческую ценность. Важно донести до всех понимание того, что неповторимый образ Москвы формировался на протяжении многих столетий нашими предками, чью память не чтить просто грех.
– Русская Православная Церковь, насколько я знаю, тоже не в стороне от этой проблемы.
– Должен сказать, что помощь Церкви сегодня ощущается с новой силой. Позволю привести мнение Председателя Синодального отдела внешних церковных связей РПЦ архиепископа Волоколамского Илариона о градостроительной ситуации в Москве. Владыка призывает строить так, «чтобы лицо города не пострадало, чтобы памятники архитектуры, прежде всего церковные, которые составляют лицо этого города, остались видимыми». Архиепископ выразил надежду на то, что исторические центры Москвы и других российских городов не будут «застраиваться громоздкими постройками». «Важно, чтобы город сохранял тот дух, который будет притягивать к нему людей, в том числе из других городов и стран», – заключил он. Поводом для этого высказывания послужил проект коммерческого строительства вокруг церкви Воскресения Христова в Кадашах. Настоятель этой церкви протоиерей Александр Салтыков и прихожане самоотверженно и ответственно выступают против сноса окружающих зданий, в том числе бывшего дома диакона.
– Но ведь дом диакона не храм Божий…
– В этом случае речь идет о завещании, о некоем духовном обязательстве. Дело в том, что дом диакона, построенный в 1813 году, изначально принадлежал купцам, но в 1892 году владелец московский купец Павел Борисович Пирогов завещал его Воскресенскому храму. Дом диакона исторически принадлежал Церкви. К сожалению, памятник спасти не удалось.
– Мы знаем, что не все церковные приходы столь же бережно относятся к наследию.
– Церковные приходы должны воздерживаться от вандализма, тем самым показывая пример обществу. В Москве ситуация более ровная и благополучная, нежели в провинции, где уровень правосознания и художественного понимания не всегда на высоте. Большой смысл вижу в том, чтобы восстановить должность епархиального архитектора, которая существовала в дореволюционной России. Необходимо создавать епархиальные реставрационные комиссии, куда бы входили люди просвещенные,архитектурно и художественно образованные, а главное – неравнодушные.
– Вас тоже с полным правом можно назвать человеком неравнодушным. Понятно, что и Ваших коллег по «Архнадзору»…
– У нас много друзей, широкий круг единомышленников. Только подписчиков наших интернет-ресурсов около трех тысяч. Должен сказать, «Архнадзору» удалось объединить самых разных людей, разных по возрасту, по профессии, по сути. Среди них архитекторы, краеведы, юристы… Об иных единомышленниках мы даже мало что знаем, но искренне благодарны им за
поддержку. Любовь к исторической Москве – фундамент, на котором стоит наше движение.
– Там, где пребывает любовь, нет места равнодушию. Это правда. Казалось бы, памятник архитектуры – бездушное собрание камней, но, когда он гибнет, такое ощущение, будто теряешь близкого человека.
– И как же часто посещает нас это чувство! Если бы на наших глазах резали картину, чудовищность происходящего не вызывала бы сомнений. Но архитектура не уступает живописи в иерархии искусств. Вспоминается случай трехлетней давности. Позвонил коллега с радио «Маяк» и рассказал о том, что на улице Восьмого Марта сносят ограду, выполненную в стиле модерн и установленную в начале ХХ века вокруг частной психиатрической клиники доктора Усольцева, где лечился Врубель. Оказалось, ограда официально памятником не числилась. Пришлось отправиться в Москомнаследие с заявкой на охрану ограды в качестве памятника. К слову сказать, заявить что-либо на охрану может любой гражданин. В тот день на месте уже дежурили активисты движения «Москва, которой нет», два телеканала прислали свои съемочные группы, историки архитектуры давали им комментарии. На следующий день экспертная комиссия Москомнаследия включила ограду в список вновь выявленных памятников архитектуры. Сегодня ограда на улице Восьмого Марта, увы, опять под угрозой. В правой части двора, если смотреть с улицы, ведется новое строительство.
– А какие еще памятники нашего Северного административного округа в опасности?
– Например, усадьба Михалково, замечательный памятник XVIII века, считающийся детищем Баженова. Усадьба принадлежала графу Петру Ивановичу Панину, покорителю Бендер, победителю Пугачева. Готические флигели и башни, сохранившиеся от парадной части ансамбля, восстанавливало ЗАО «Михалково». Во главе этой компании стоял ныне покойный Аркадий Шакс, чернобыльский ликвидатор, человек почтенный и просвещенный. Реставрация проведена очень качественно. Но большая часть парка, остающаяся на балансе города, пребывает в «мерзости запустения». Старинными беседками никто не занимается. В парке, бывало, насосами качали воду из одного пруда в другой, вместо того чтобы отрегулировать плотину. Теперь мэрия хочет передать дирекции парка все усадебные постройки. Результат предсказуем.
– Москва для Вас – это город… Продолжите фразу.
– Не смогу свести к одной фразе тысячу страниц моих книг. Читайте «Облюбование Москвы. Топография, социология и метафизика любовного мифа» и «Две Москвы, или Метафизика столицы».
– За которую в 2008 году Вы получили самую крупную из существующих литературных премий – «Большая книга».
– Спасибо за память.