• Главная
• Журнал «Лампада»
• 2010 год
• Номер 72
• Миссия любви и мученичества

Миссия любви и мученичества

В одном из недавних номеров «Лампады» нашим гостем и собеседником был известный кинорежиссер Владимир Хотиненко. Если читатели помнят, разговор, в частности, шел и о его последней работе – кинофильме «Поп», который поначалу назывался «Псковская миссия». Нас попросили рассказать подробнее о картине, точнее – о ее истоках, поскольку широкой публике факт этот почти неизвестен. К тому же уникальная страница нашей истории перекликается с темой номера.

Рабочее название нового фильма Владимира Хотиненко было «Псковская миссия». Искушенные в коммерции специалисты проката настоятельно рекомендовали изменить его на кассовое, которое якобы должно гарантировать сборы. Так появилось – «Поп», повторяющее название романа, с автором которого, Александром Сегенем, режиссер написал и сценарий. Трудно спорить с профессионалами, но, честно говоря, жаль, что не состоялось прежнее название. Жаль потому, что это не только мало кому известная страница истории Русской Православной Церкви, но страница к тому же героическая, мученическая, исполненная самоотвержения и любви. Подобной миссии человечество не знает. Когда фашисты уже в первые месяцы Великой Отечественной войны захватили наши западные районы, Русская Православная Церковь поступила так, как единственно и могла поступить: оставаться со своим народом там, где он особенно нуждался в помощи и поддержке. Митрополит Виленский и Литовский Сергий (Воскресенский), к тому времени еще и экзарх Латвии и Эстонии, создал на оккупированных землях Ленинградской, Новгородской, Псковской епархий, а также в Прибалтике Псковскую Православную миссию, священники которой помогли сохранить единство церковной жизни людей Православной веры. «Врата ада» не одолели нашу Церковь. Она не только выстояла, но и торжествовала. Зажатая, словно в тисках, Церковь одержала абсолютную и безусловную победу как над Сциллой большевиков, так и над  Харибдой нацизма. Не нужно обладать глубоким аналитическим умом, чтобы постичь эту истину. Судите сами. Немцы, чтобы извлечь для себя максимальную пропагандистскую пользу, постарались в пику большевикам представить этот акт как собственную намеренную лояльность к Православию. Но они не предполагали, что столкнутся с такой огромной тягой якобы обольшевиченных людей к исконным религиозным корням. По воспоминаниям о. Алексия Ионова (прототип главного героя фильма), только в городе Острове, где он служил, за одной литургией причащалось от 500 до 800 человек, иной раз крестили одновременно до 80 младенцев. И это только в одной географической точке, от которой еще советы оставили практически церковное пепелище. В 1942 году на 221 храм Миссии приходилось 84 священнослужителя. Батюшки ездили по приходам порой до глубокой ночи. Иные храмы не могли вместить всех, и сотни людей теснились у паперти, жадно ловя каждое слово, звучащее из алтаря или с амвона. А русские левши изготавливали нательные крестики из… советских монет. Оккупантам, по сути, ничего не надо было делать специально, чтобы показать всем, как они якобы относятся к Русской Православной Церкви, – достаточно было лишь не мешать. И выходило, что двадцать с лишним лет кровавых большевистских репрессий в отношении Церкви не принесли ожидаемого результата. Разве это не победа? Когда же советские войска вымели оккупантов с нашей земли, Сталину ничего не оставалось, как продемонстрировать собственную лояльность, не уступающую фашистской. В стране смягчилось отношение государства к Церкви. Священников стали выпускать из лагерей и тюрем, прекратились аресты духовенства, начали открываться храмы. Не нужно усматривать в этом некий естественный ренессанс церковной жизни или перемену в сознании советского диктатора – акт носил политический характер (что в скором времени подтвердилось), причин, породивших его, было немало, но, бесспорно, не последнее место среди них занимала деятельность Псковской миссии. А что же собственно сама Миссия? Она в полной мере ощутила на себе всю тяжесть жизни как под тоталитарным прессом, так и под зыбкой терпимостью фашистского режима. С одной стороны, многие упрекали ее в коллаборационизме и обвиняли в предательстве, с другой – подозревали в тайном сотрудничестве с советскими спецслужбами. То и другое было одинаково обидно и опасно. Но Церковь свято выполняла свой долг. Словно именно к ней почти двумя тысячелетиями ранее обращался Христос в Своей Нагорной проповеди: «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня» (Мф. 5, 11). В апреле 1944 года немцы убили главу Миссии Владыку Сергия. А осенью того же года, когда в освобожденной Прибалтике стала восстанавливаться мирная жизнь, члены Миссии были арестованы органами НКВД и сосланы в концлагеря. Нас отделяют от победного майского дня уже 65 лет. Ветеранов Великой войны осталось, увы, совсем немного. Но уходят люди, а память о них все равно остается. Вот только некоторые из них: митрополит Сергий (Воскресенский), протопресвитеры Кирилл Зайц и профессор Василий Виноградов, протоиереи Сергий Ефимов (под великий праздник Преображения Господня, накануне приезда Миссии, он отслужил первую литургию в Троицком кафедральном соборе Пскова), Николай Колиберский и Николай Шенрок, священники Алексий Ионов, Владимир Толстоухов, Иоанн Легкий, Яков Начис, Федор Ягодкин, Георгий Бенигсен, Сергий Ефимов, Ливерий Воронов, Андрей Пименов, Георгий Радецкий (переводчик)… К концу 1944 года в Миссии насчитывалось 175 только служащих священников. Возможно ли назвать всех поименно в одной журнальной статье? Думается, будь мы более внимательны и чутки к своей истории и, следовательно, к самим себе, специалистам кинопроката не понадобилось бы подбирать фильму «кассовое» название. Некоторые данные заимствованы из статьи историка Константина Обозного «Псковская Православная миссия в 1941–1944 гг.».

Павел Демидов