Наша прекрасная и трудная вера

"Нарьян-Мар, Нарьян-Мар, городок не велик и не мал…" – поется в некогда очень популярной песне. Сегодня её едва ли где можно услышать. А городок по-прежнему стоит. И по-прежнему «в нём живут оленеводы и рыбачат рыбаки». Вот уж поистине из песни слов не выкинешь. Далеко Нарьян-Мар, за Северным полярным кругом, как и весь Ненецкий автономный округ. Сто десять километров до ближайшего Баренцева моря. Полторы тысячи верст до Москвы, правда, в одном с нею часовом поясе. Хоть как-то греет…В Нарьян-Маре всего один православный храм – Богоявленский. Много это или мало для города с населением 26 000 человек? Настоятель протоиерей Антоний Антипов не берется судить об этом. Но он хорошо знает, что у него в храме церковная жизнь очень даже полнокровна и подвижна. С этого, собственно, и начал разговор с батюшкой для «Лампады» журналист Владимир Киселев. Он же и автор фотографий.

– Отец Антоний, настоятелем храма в Нарьян-Маре Вы уже шесть лет. Изменился ли за это время общий портрет прихожанина, если можно так сказать?

– Ну конечно же! Приход очень вырос числом. Когда я сюда приехал, то знал всех прихожан по имени, был в курсе проблем каждого человека. А сейчас вынужден признать: хорошо, если многих знаю хотя бы в лицо. За минувшее время люди стали более воцерковленными, у них появился навык к духовной жизни. Мы с приходом много паломничали, были и на Святой Земле, и у российских православных святынь. Для верующего это всё – накопление духовного опыта. И он уже виден. Есть люди, которые посещают только праздничные богослужения. Могу предугадать, сколько будет в храме народа на Благовещение или на ночной Пасхальной службе. Многие регулярно посещают по воскресеньям. А есть такие, кто старается вообще не пропускать ни одной службы. Всё это – разная степень воцерковленности, отчасти разная степень свободы. Люди ограничены своей занятостью в семье, на работе. Неизбежно есть захожане, но есть и прихожане, уже сформировалось ядро верных. В основном всё пока еще на бабушках держится. Правда, и молодежи в церкви немало. Во время Причащения очередь с детьми на руках к священнику выстраивается. Похвально, что родители приносят своих детей в храм с пеленок. Это нужно ребенку, получающему так называемую пассивную благодать. Случается и наоборот. После того как начала действовать воскресная школа, многие из занимающихся там детей воцерковились, а потом и своих родителей в храм привели. Церковная община не вырвана из общества, она часть его, живет его проблемами. Начавшиеся экономические сложности не могут не влиять на жизнь внутри прихода. Чуть ли не каждый день прихожане обращаются ко мне с тревогой, что их увольняют с работы. И как теперь жить? Ситуация в нашем городе, считаю, в этом отношении неблагополучная. Нарьян-Мар в значительной степени состоит из тех, кто приехал на заработки, никак не планируя связать с этим краем всю свою жизнь. Сейчас эти люди находятся в абсолютной растерянности, поскольку дальнейшее пребывание в Заполярье для них лишено смысла. И драмы случаются. Скажем, мужа уволили, он ищет себе новое место на Большой земле, а жена не хочет отсюда уезжать. Там для неё неизвестность, здесь же есть неплохо оплачиваемая работа и ей хорошо. Распадаются семьи.

– Возрождение, которое сейчас переживает Православная Церковь, называют Вторым Крещением Руси. Однако после Первого Крещения писатель Николай Лесков сказал: «Русь была крещена, но не была просвещена». Не опасаетесь ли, что такое может получиться и на сей раз? Хорошо ли, когда крестят всех подряд, не интересуясь, насколько сознательно человек к этому пришел, готов ли впредь не только называться православным, но и строить свою жизнь, сообразуясь с требованиями, которые это на него накладывает?

– Ничего хорошего, конечно, нет, если пришедшего в церковь крестят, что называется, сходу. А человек, которого, как правило, просто уговорил кто-то из близких, совершенно не знает и не хочет знать ни смысла Крещения, ни что такое Христианство, ни как по-христиански жить. О каком сознательном выборе тут можно вести речь? Вообще-то Церковный Устав предполагает некое испытание (оглашение) перед тем как принять Таинство Святого Крещения. Начиная со времён древней Церкви, оглашенные проходили определенный путь, на котором были испытуемы, смогут ли они жить во Христе. Но в современной практике оглашение, как правило, не применяется. И не только потому, что тогда общины были малочисленны, а сейчас выросли и сил у священников не хватает.

В больших городах некоторые церковные общины практикуют оглашение, испытывают людей перед принятием ими Крещения. Но там у человека есть выбор, он идет на это сознательно, а не от безысходности. Один мой знакомый московский протоиерей ввел в приходе традицию огласительных бесед. Перед Крещением человеку необходимо на протяжении месяца прослушать четыре лекции. «А как быть, если людям это не нравится?» – спрашиваю. «Даю человеку денег на метро и говорю: до ближайшего храма одна остановка, там крестят всех и сразу – поезжай и крестись». В Нарьян-Маре, в единственном храме в городе, мы себе такого позволить не можем. Вот придет человек, ты ему скажешь: «Не буду тебя крестить, ты еще не готов, давай полгодика походи ко мне на беседы, а уже потом окрещу». А он выйдет, и вдруг с ним что-то случится, сосулька на голову упадет. И на ком грех будет? Если человек сам изъявляет желание подготовиться к принятию Таинства Святого Крещения – другое дело. У нас каждое воскресенье в стенах воскресной школы ведутся катехизаторские беседы, где любой может задать интересующие его вопросы. Желающих покреститься мы приглашаем на огласительную беседу, которая проводится накануне Таинства. Конечно, определенная доля формальности в этом присутствует: ну что можно объяснить за полчаса? Да и приходят не всé. Но это, опять же, сознательный выбор каждого. Самое главное, подтверждающее готовность принять Крещение, – тό, что во время Святого Таинства человек дает обеты, клятвы, отрекается от дьявола и сочетается со Христом.

– Думаю, есть проблема и в том, что в храмы повсеместно хлынули те, кто не понимает глубинной сущности происходящего там, для кого на первое место выходит механическое следование обрядам. Но это уже, скорее, не вера, а суеверие. Не видите ли Вы опасности для Церкви в том, что значительную часть прихожан сейчас составляют именно такие «верующие суеверные»?

– Лично я опасности не вижу. Важно понимать, почему это происходит. Умерли наши бабушки, родившиеся в начале прошлого века, а вместе с ними окончательно ушла старая Россия, которая несла еще на себе следы церковного, православного воспитания. Нынешние прихожане воспитывались преимущественно в атеистических семьях, они полностью оторваны от своих христианских корней. Отсутствие основы, хоть какого-то религиозного образования и порождает ситуацию, когда для человека важнее исполнение правил, которые поставлены для достижения цели, нежели сама цель. Скажем, некоторым из постящихся чрезвычайно важно не съесть кусочка скоромного, пищи, которая не разрешена. Но при этом они совершенно не вдаются в цель поста, для чего он нам дан. Если не понимать истин своей веры (во чтό я верую, зачем я верую), а просто бездумно исполнять церковные обряды, будет не вера, а обрядоведение. Но разве поднимется рука кинуть камень в человека, который оказался ему подвергнут? Это не вина его, а беда. Шажок за шажком надо пытаться выводить его из этого состояния. Уловить бы еще при этом встречное движение... Хотя хорошо уже и то, что человек просто регулярно ходит в церковь. Есть много примеров, когда в пребывающих в храме людях, даже не пытающихся вдаваться в подробности высокого богословия, утверждается такая вера, такая Истина, что можно только позавидовать.

– Наверное, нет человека, к которому Господь не стучался бы в сердце. Однако кто-то откликается на этот зов, а кто-то нет. Почему человек боится пойти вслед за Богом?

– Надо отворить двери сердца, а не каждый к этому готов. Господь говорит нам: «Се стою при дверях и стучу. Кто откроет, с тем и вечерять буду». Но даже найдя в своей душе, в своей жизни некие знаки, человек боится Бога. Чтобы принять Господа, надо переделать всего себя и начать новую жизнь, а это очень трудно. Для каждого, наверное, наступает свое время и свой час. В этом и предопределение Божье, и готовность самого человека. Это выражение нашей человеческой свободы. Господь создал нас свободными, и мы сами вольны выбирать, впускать Господа в свою жизнь или нет. Это наш выбор, больше ничей. Веровать не заставишь. Как говорят, «невольник не богомольник».

– Бывает и по-другому. Человек приходит в храм в поисках Бога, Которого ему преподносят как воплощение абсолютной любви, но непрестанно слышит о своей греховности, живет в ожидании неизбежного Высшего Суда. Не ведет ли это к раздвоению сознания и не отвращает ли в конечном итоге от Церкви?

– Людей, которые впервые переступают порог церкви и внимательны к тому, что там происходит, это действительно может испугать. Особенно тех, кто имеет опыт иной религиозной жизни. Той, где всё по-другому, где все тебе рады, где на лицах улыбки. «Аллилуйя, ты спасен, твое имя на небесах. Только взносы внеси». А Православная Церковь, согласно принятым догматам,
утверждает, что мы приходим в этот мир уже зачатые во грехах, что человек грешен по своему существу, по своей природе, что он лишь может иметь надежду на спасение. Однако связанные с этим страхи я бы назвал проблемой раннего вхождения в Церковь. Углубляясь в суть Православия, человек начинает понимать, что вера эта чистая, светлая и радостная. Действительно, ей под силу победить грех. Милосердный Отец, Господь дарует освобождение от греха, Он может простить любой совершённый тобой грех. И это гораздо важнее признания собственной греховности. Хотя видение своего несовершенства и является безусловным состоянием человека, верующего во Христа, состояние это не упадническое, не кризисное. Искупительная жертва Христа дает возможность исправления.

– Но всё-таки, согласитесь, Православная Церковь – это очень трудная Церковь на самом деле.

– В жизни вообще всё подлинно ценное приобретается с трудом. Человеку очень важно видеть результат своей деятельности. Традиции, которыми живет Православная Церковь, таковы, что люди получают радость от результатов своего труда. В сравнении с иными христианскими деноминациями Православная Церковь строга, предполагает множество духовных упражнений: пост, поклоны, длительное молитвословие, многочасовые службы на ногах. Много в Православии и аскетики. Аскеза – это духовный подвиг, отвержение себя, победа над собой. Духовные упражнения порождают внутреннюю свободу. А наградой за тяготы, за физическую усталость, за значительные душевные и интеллектуальные усилия бывают минуты, когда человека буквально пронизывает ощущение присутствия в его жизни Бога, Промысла Божьего. Такие светлые моменты духовной радости не сравнимы ни с чем. Православная Церковь Христова – надежный корабль, оказавшись на котором, можно верным курсом достигнуть желаемой цели – Царствия Небесного. Ведь сколько было лоцманов, Святых Отцов, которые жили такой же жизнью, что и мы. Но от нас они отличаются тем, что сумели победить свои страсти. Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и люди до нас. И, как и они, понимаем: пережить, решить эти проблемы в лоне Церкви проще. Если в ручей бросить щепочку, неизвестно, к какому берегу её прибьет. Так же человека, находящегося вне Церкви, будет мотать из стороны в сторону и непонятно еще, куда вынесет. А корабль доставит путника в нужную гавань. Как человек, преодолевая трудности, достигает цели, так же и душа человеческая, превозмогая себя в жизни земной, совершая подвиги и выполняя Заповеди Христовы, достигает Царствия Небесного. Во всём этом есть огромный духовный смысл.

– «Неужели ты, современный, образованный человек, действительно всерьез веришь в библейские сказки? Не обманывай себя. На самом деле Церковь нужна тебе для того, чтобы организовать свою внутреннюю жизнь...» Думаю, такие мысли периодически посещают едва ли не каждого верующего. Проще всего назвать это искушением и отмахнуться. Но сомнения-то останутся. Вам приходилось слышать внутри себя нечто подобное? И где Вы искали ответ?

– Каждый мыслящий человек при обращении к Богу задается вопросами: что такое вера, на правильном ли он пути, не является ли Христианство всего лишь определенной философией, сводом моральных заповедей, требующих исполнения? Звучали эти вопросы и внутри меня. Человеку вообще свойственны сомнения. Недаром в Священном Писании говорится: «Верую, Господи, помоги моему неверию». Вера есть уверенность в невидимом и осуществление ожидаемого, учит апостол Павел. Мы веруем в то, чего не можем видеть, не можем осязать. Веруем в то, что ожидаемое осуществится. А чтó ожидаемо для христианина? Царствие Небесное, бессмертие души. Именно вера в жизнь после смерти коренным образом отличает Христианство от других религий и философских течений. Однако поверить в вещи, которые не подтверждены нашим повседневным опытом, непросто. Но если нельзя подтвердить сущность Творца какими-то бытовыми, материальными фактами, то это можно ощутить сердцем. «Будьте как дети», – говорит нам Христос. В этом призыве и кроется ответ на Ваш вопрос. Чтобы принять Истину, перед которой бессилен разум, надо открыть ей сердце. А это свойственно детям с незамутненными еще душами. Называя свою мать мамою, ребенок не требует тому никаких доказательств. Ему и в голову не придет усомниться в этом. Так и истинно верующий христианин не сомневается в том, что мир и мы все как его частичка сотворены Богом, в том, что Священная библейская история не вымысел, а явь, что Господь дает нам возможность спасения души. Но положительный религиозный опыт складывается лишь при условии большой внутренней работы. Даже воцерковленному человеку многое становится понятным только при правильной внутренней жизни.

– А перестанешь за ней следить – сомнения тут как тут?

– Да, искушения не заставят себя ждать. Холодность к своей душе, к жизни духовной порождает большие сомнения. Если жить поверхностно, только потребностями тела, не понуждать себя к размышлениям на серьезные темы о том, кто я такой, откуда и зачем пришел, куда иду, то наступает душевная пустота. Тем более что современный мир, который в большинстве своем живет без Бога, к тому предрасполагает. Общество говорит человеку: будь свободен, тебя не должны сковывать никакие оковы и моральные предрассудки. Недавно в Великобритании на достаточно распространенном интернет-ресурсе появился сертификат отречения от Крещения. Заплатив три фунта стерлингов, его может скачать любой. Затем человек ставит свою подпись, дату и тем самым, как обещают устроители, освобождается от тягот, которые на него были возложены в Таинстве Святого Крещения. Находящимся за пределами Англии услуга обойдется в пять фунтов. Бред? Конечно. Только не для тех, кто уже приобрел этот сертификат. А таких только за три дня нашлось более ста тысяч человек. Очень показательный пример. Не просто так в христиа ской литературе столь много говорится о постоянном «хождении перед Богом». Человек должен всё время помнить, что он предстоит перед Творцом. Не в какието моменты, а постоянно. Вот тогда верующий действительно ощутит присутствие Бога в своей жизни, и его не смогут поколебать никакие сомнения.

Окончание беседы с протоиереем
Антонием Антиповым читайте в следующем номере «Лампады».

Журнал «Лампада»

Объявления

Задайте нам вопрос

Наша прекрасная и трудная вера