• Главная
• Журнал «Лампада»
• 2009 год
• Номер 65
• «Дольче Вита»

«Дольче Вита»

Дорогой Читатель! Перед Вами глава из книги художника Ивана Ивановича Хохлова «Пони и Зайка на Острове Сказок». Вот вкратце сюжет этой сказки. Тихо и мирно живут в своей избушке неразлучные друзья Пони и Зайка. Но в лесу начинаются какие-то земляные работы, и они решают уехать на Остров, где обитают только добрые персонажи волшебных сказок. Этим Островом управляет мудрый Князь Игорь. С нашими героями происходит немало забавных приключений, они находят новых верных друзей, страдают от хитростей Лисы и от собственной неосмотрительности, но всё кончается хорошо, как и положено в сказке.

Прошло время... Как-то утром Карлсон решил проведать своих друзей в Волшебном Лесу. Тем более что на крыше в городе, где он жил постоянно, стало очень жарко и ему захотелось в лесную прохладу. Моторчик его работал бесперебойно, с тех пор как Князь Игорь подарил ему вечные батарейки. И поэтому путешествие заняло всего несколько минут. А вот и знакомый берег. Лес приветственно шумит, вода прозрачна и глубока, как тут хорошо, прохлада... «Стоп, стоп! Но почему же никто не  выходит, как всегда, мне навстречу? Звук моторчика, отдающийся в лесу эхом, и всё! Да, какие-то тревожные мысли навевает эта тишина. Что-то случилось с моими друзьями!» – так думал наш Карлсон, ступая по лесной тропинке, которая вела к домику Пони. Ни зверей, ни птиц...

- Ой, что же это?!
Перед ним под старой сосной, на которой почему-то росли груши метрового размера, кто-то спал и храпел на весь лес. Но ведь сейчас утро?  И это что – Винни? Но какой же он толстый...
– Ой, вставай, Винни! Утро! Ты что, оглох?!  

Винни, а это был действительно он, повернулся к Карлсону и, горестно вздохнув, протянул:
– Ну что тебе? Ты же видишь, я сплю! А ты мне мешаешь...
– Что с тобой, бедный мой мишка? И почему ты такой широкий? И где всe?
Винни, которому надоели вопросы, решил сесть. Когда он сел, то оказалось, что он ещё шире, чем показалось Карлсону. Взгляд у него был печальный и даже немного испуганный, одной лапой он прижимал к себе банку мёда! Рядом проснулась Дюймовочка, размеры которой не на шутку встревожили доброго «мальчика с мотором». И она тоже прижимала к себе еду – огромное яблоко!
– Так! Вы оба заболели!
– У нас тут вечное лето, – вздохнув, сказал Винни, – мы едим такие фрукты, которые ты можешь увидеть только
во сне!

– Не хочу я таких снов! – заорал Карлсон, которого начало трясти от ужаса. – Если я буду есть так, как вы с  Дюймовочкой, то меня ни один мотор не поднимет! А чтό я буду без мотора – просто заурядный толстый мальчишка, а так я могу летать туда и сюда и смогу ещё, как я догадываюсь, принести этим пользу... А что, остальные тоже спят?
Не дождавшись ответа, он поднялся над дорожкой и полетел к домику Пони, который был уже близко. Под ним качались сосны и берёзы, но все они были странными... Вместо шишек на соснах росли фрукты и овощи, а на берёзах красовались булки и пироги. «Наверное, это вредные фрукты, раз им так плохо», – подумал Карлсон, опускаясь на полянку Пони. Из домика раздавался дружный храп. Заглянув в окно, Карлсон увидел Барбера в обнимку с Гномами. Они тоже раздобрели... Но вот из леса донеслись какие-то звуки. Там кто-то не спит! Он побежал по дорожке. И что же он увидел? Перед ним красовалось старое раскидистое дерево. Листьев на нём не было, зато росли груши и яблоки, а на ветвях... Да, на ветвях его сидели какие-то знакомые существа и издавали дружное чавканье. А под деревом, играя на старой гитаре, восседал невероятных размеров Кот Баюн. Он был больше Пони! А сами Пони и Зайка как-то раздулись и были сумрачными, и они совсем не обрадовались гостю.

Пони вообще стоял в полной прострации рядом с мешками зефира, а Зайка заученно качала поросят, которые почему-то, несмотря на возраст, опять сидели в люльке. А их мамаша сидела на самой толстой ветке и, уставясь в пространство, ела, и ела, и ела вечный торт... Она решила стать Русалкой взамен старой, которая ушла на пенсию, но не по старости, а из-за веса. Ветки обламывались под ней и падали на Кота, которому это не очень нравилось. Вот Струделька и сидела на дереве, которое её пока выдерживало. Волк, который стал толстым и задумчивым, стоял, прислонясь к дереву. Ему явно лось идти. А немного подальше под кустом, на котором росли куриные ножки, лежала одна из безродных собачек. Шерсть её совсем вылезла, только торчали какие-то пучки на хвосте, глаза были печальными: она ела и всё никак не могла доесть куриную ножку. Ножка не уменьшалась в размерах! Это было ужасно. Колобок, вздыхая на весь лес, лежал рядом с собачкой, и оба онинапоминали... напоминали... Ах, вот! Шарпеев! Старых, глупых шарпеев, которых Карлсон видел в городе...

Эти два шарпея так подействовали на чуткую душу Карлсона, что он, охнув, подскочил на месте и потом, резко набрав высоту, полетел на поиски спасателя...
– Едят! Едят! И как не лопнут, дураки! Может, это опять Лиса? Ах, нет. Я же видел её вчера на помойке. Где же
искать Его? Вот Сова! Толстая, как бочонок.
– Ты не знаешь, где сейчас Князь Игорь?
– Что? Говори громче, я ничего не слышу, – ответила Сова, которая и правда почти оглохла.
– Где Пра-ви-тель Ос-тро-ва? – Карлсон крикнул изо всех сил, так что эхо отозвалось где-то в чаще и вернулось назад...
– Я здесь, здесь, здесь... – донесся вдруг энергичный голос Князя Игоря, который выезжал навстречу Карлсону на своём любимом коне.
– Ты звал меня, дружок? Что случилось?! Ты... плачешь?!
По щекам Карлсона текли слёзы, и даже моторчик как-то обвис:
– Несчастье... Наши-то... все... Заболели…
– Ты хочешь сказать: переели? – Князь улыбнулся грустно и задумался. – Почему же они сами не пришли ко
мне и не попросили помочь, раз они в беде, как ты говоришь?
– Они ничего не понимают! Всё твердят: «Дольче Вита, Дольче Вита!» А я иностранных языков не знаю…
– Да, они и правда получили «Сладкую Жизнь», – вздохнул Князь. – Но  они не просили меня о ней, а требовали вечного лета, вечной Скатерти-Самобранки... Вот она, «Дольче Вита», и наступила!
– Но ведь они так наказаны за свою дерзость! Неужели их нельзя простить? – простонал Карлсон, обливаясь слезами.

– Эх, если бы все на свете были так верны друг другу... Едем, друг мой, едем!
Князь, которому всё было, конечно, известно, только ждал того, чтобы кто-то с добрым и чутким сердцем попросил его за этих переевших дураков. И при том он и сам был слишком великодушен, чтобы сердиться на глупых Обитателей Волшебного Леса, которых он так любил и которые были, в сущности, большими детьми.. Приехав на поляну со старым деревом и увидев своими глазами «сладкое безобразие», Князь, конечно, огорчился ещё больше Карлсона. Ему никто не обрадовался. Даже Дюймовочка, всегда отличавшаяся чуткостью и вежливостью, не обратила на него никакого внимания.
– Да, эта «Дольче Вита» зашла слишком далеко! – проговорил Князь вполголоса. – Как же вы собираетесь жить дальше? Вы же лопнете, и голова у вас совсем закружилась и ничего не воспринимает... Мне придётся прибегнуть к жёстким мерам, иначе вы просто погибнете! С этими словами он достал Вечное Перо, Волшебный Свиток и задумался. – Первое и главное. На нашем Острове ВВОДИТСЯ Чрезвычайное Положение! С этой самой минуты Указом устанавливаются четыре времени года: короткая и холодная зима, дождливая, прохладная весна, жаркое лето и бодрящая осень! Все груши и булки на деревьях отменяются! Скатерть-Самобранка поступает на вечное хранение ко мне, а все жители Острова работают в поте лица весь год, добывая себе пропитание! Никто не спит до полудня, дети ходят в школу, зимой будут санки и каток, и ёлка, летом грибы и ягоды, и самое-самое важное – наш Остров снова становится Островом Добрых Детских Сказок, на котором живут дружные, работящие люди и зверушки, про которых написано столько хороших сказок... Все Указы Князя вступали в силу с момента подписания. И как-то вдруг пропали так напугавшие Карлсона булки и гигантские фрукты и наступила Весна! Подул лёгкий, прохладный ветерок, который и вывел наших друзей из сонного состояния.
– Что-то холодно мне! – сказала детям Струделька, слезая с дерева. – Надо как-то согреться. Ах, что это я! Нам же пора сажать картошку! Весна пришла! Дети, Зайка, за мной! Услышав эти слова, Пони и Зайка тоже пришли в себя. Все засуетились в предвкушении трудового дня. Снова вскопали они огород, охая и ахая от натуги (толщина им всё-таки мешала), но к вечеру все как-то привыкли. Да и в объёме немного уменьшились. Одна только безродная собачка ещё страдала: шерсть её отрастала не так быстро, какуменьшалась толщина, и её просто попросили уйти домой и укрыться одеялом.
– Сколько нам ещё надо сделать! – Зайка села за стол и стала писать список неотложных дел, а Струделька стояла рядом и кивала головой: она не умела писать и потому очень уважала грамотную Зайку.
– Ну ничего!   Вы всe можете пойти в школу! Сова будет давать вам уроки, мы с ней уже поговорили об этом… И твои дети будут грамотными, да! А? Как ты думаешь, Сэр Пони? Пони был со всем согласен. Он наработался больше всех, ему пришлось боронить поле, а после «Дольче Виты» это было не так  просто. Весна прошла в постоянных хлопотах, и все снова приобрели свой прежний вид. У Струдельки даже наметилась талия, которой
она гордилась. Она всё время думала о балете под старой яблоней. Летом работы стало меньше, появилось время, и снова, как в добрые времена, собирались наши друзья тёплыми, длинными вечерами на любимой поляне и любовались на танцы Зайки и Струдельки. Барбер давал уроки французского и ещё успевал работать как главный парикмахер. Винни, Дюймовочка и Гномы ходили за мёдом, а старая Сова учила всех желающих читать и, представьте себе, писать! И странное дело! Все они как-то быстро забыли, что это такое – «Дольче Вита»! То есть они стали понимать значение этих слов, потому что на Острове открылись курсы иностранных языков, и даже предложили Волку переименовать рок-ансамбль из «Челюстей-3» в «Дольче», но чтό было с ними и как они страдали от этой самой «Виты», все забыли... Ну не все, конечно. Карлсон и Князь Игорь помнили всё отлично, но они были слишком добры и благородны, чтобы напоминать Островитянам о таких неприятных вещах...