Встреча. Батюшка-краевед из Ликино-Дулева

Музей, который создал при помощи своих прихожан о.Олег, не похож на обычные краеведческие музеи. Мeста здесь немного, но зато любой экспонат можно попросить посмотреть, подержать в руках. Особенно это нравится детям. Их работы тоже попадают на музейные стенды. Книга отзывов, куда гости записывают свои отзывы и впечатления, полна благодарностей, добрых слов о сотрудниках и о самом? музее, а география гостей самая разнообразная и неожиданная. И во всём музее чувствуется, что настоятель и прихожане относятся к нему, как к любимому детищу, с нежностью и теплотой. Паломников и просто приезжих здесь встречают как дорогих гостей, им всегда рады и благодарны за интерес к храму, к музею.

Протоиерея Олега Пэнэжко, настоятеля ИоанноБогословского храма в подмосковном городе Ли?кино-Дулёве (Орехово-Зуевский район), никак нельзя назвать обычным священником. Наверное, любой человек, интересующийся архитектурой и историей Подмосковья, видел написанные им книги о храмах разных районов Московской области и соседних регионов. Колоссальная работа, проделанная о.Олегом, не может не быть оценена даже простым любителем: в этих книгах описан
не только каждый храм с приложением фотографии (а зачастую и не одной), но и рассказано о многих людях, чьи судьбы так или иначе связаны с этим храмом: священниках, храмоздателях, архитекторах, выдающихся прихожанах… Об этой деятельности, не прекращающейся и по сей день, мы решили расспросить о.Олега лично.
– Отец Олег, как Вы стали собирать информацию о храмах Московской области?
– Это началось давно. Я был студентом МВТИ имени Баумана и не предполагал, что жизнь повернется так, что стану священником. Тогда, конечно, интерес к храмам не поощрялся, и я сам ходил пешком по селам, расспрашивал людей, обнаруживал церкви, узнавал о них, что мог. Но всё это шло «в стол», только для себя, а мне хотелось донести свои сведения до людей. Я всю жизнь собирал библиотеку, которая должна помогать в краеведческой работе. Скопилось очень много фотографий, рассказов местных жителей, а поделиться было не с кем.
– Сейчас у Вас вышло уже несколько десятков книг, где собрано огромное количество сведений. И со всей этой работой Вы справляетесь один?
– Бо?льшую часть работы я делаю сам. Но, конечно, мне помогают несколько корреспондентов, работающих в архивах Москвы, есть корреспондент в Электростали, несколько человек трудятся в отделении во Владимире, но центр находится здесь, у нас в Ликино-Дулёве.
Всего у меня 7–8 помощников, собирающих часть информации. Что обычно мешает авторам при издании книги? Есть художественный редактор и еще много участников процесса, а есть сам автор. Здесь же все эти функции я выполняю сам:
пишу тексты, подбираю фотографии, составляю предварительный макет. А окончательную верстку, конечно, делает профессионал в этой области, чтобы при наших скромных возможностях в черно-белом формате материал всё же смотрелся достойно. Ну и, конечно, в работе с компьютером мне тоже немного помогают наши сотрудники.
– Первоначально Вы издавали книги даже без номера ISBN?
– Так ведь мы ничего об этом не знали. Экономили на месте, поэтому поначалу даже не делали титульного листа. Без ошибок в любом деле не обойтись. Но сейчас у нас есть и номер ISBN, и всё остальное, что требуется по правилам книгоиздания.
Мы довольно быстро поняли, что? делаем не так, и теперь всё исправили.
Наши издания зарегистрированы в Комитете печати и в Книжной палате. Мы отправляем туда экземпляры, а оттуда их рассылают в центральные библиотеки, так что те, кто не смог найти нужную книгу в продаже, могут прочитать её в библиотеке. Например, в Исторической библиотеке
в Москве замечательные библиографы, у них собран прекрасный фонд. И наши книги тоже все есть.
– Тираж книг, к сожалению, невелик?
– Да, обычно это 1000 экземпляров, редко больше. Мы не гонимся за какой-то большой прибылью,
нам важно, чтобы средств хватало на продолжение исследований, на издание новых томов.
– Жаль, что нет пока возможности издавать книги в цвете, в красивом, достойном оформлении…
– Конечно. Но для меня главное – полнота информации, возможность донести до читателя как можно больше. Красивое издание – это уже дело десятое. Мы стараемся к каждому храму, к каждой исторической личности дать хотя бы маленькую картинку, фотографию, желательно еще и старый, дореволюционный кадр.
Мы выделяем шрифтом имя или название, к которому относится иллюстрация. Надеюсь, что читателям это помогает разобраться, что к чему относится. Всё же это предпочтительнее, чем все иллюстрации собирать в одно место, а потом проставлять ссылки или номера. Ведь когда вы читаете о храме, лучше, чтобы на той же странице было и его изображение.
Жаль, что фотографии пока маленькие, но мы надеемся, что когданибудь издадим всё подругому. Но посудите сами: в последней книге, посвященной Орехово-Зуевскому району, в двух томах размещено более тысячи фотографий! Какого размера они должны быть, чтобы все уместились в книжке?
К тому же мы не только собираем то, что уже известно. Бывает, сами находим забытую, разрушенную церковь или место, где она стояла.
– В Ваших изданиях очень полно представлено Подмосковье, есть несколько книг по Владимирской области, книга о Переславле-Залесском Ярославской области. Каковы перспективы дальнейшей работы?
– Всё упирается главным образом в мои возможности, я ведь каждую книгу даже сам набираю.
Не везде могу побывать, прошу наших ребят съездить и сфотографировать труднодоступные храмы. Сейчас у нас, во-первых, большой задел – еще несколько районов Владимирской области:
Суздаль, Гусь-Хрустальный. А вовторых, стараемся расширять то, что уже издано, готовим переиздания старых книжек, потому что добавляется материал, при работе с архивами находим много нового. Вообще мне гораздо больше нравится работать не с большими городами, а с селами. В большом городе легко утонуть в обилии связей между людьми, в количестве сведений. В селе всё яснее, проще.
– Ваши книги больше ориентированы на людей, на события, а не на архитектуру?
– Да, я никогда не понимал, какой смысл просто перечислять фамилии, например владельцев села.
Для читателя это пустой звук, и за сведениями о человеке всё равно приходится обращаться к другим источникам. Я собрал очень много материала по родословным. Люди, на мой взгляд, гораздо важнее в нашей истории. Говорят о специалистах по архитектуре, но о тех, кто связан с храмом, с селом, часто при этом забывают. Нельзя так пренебрегать существенной частью своей истории, потому что создается впечатление, что в России вообще не было выдающихся людей, что она бедна характерами, подвигами.
И я хочу в своих книгах показать, что это не так, что без личности не будет истории.
– Скажите, а современный научный мир как-то реагирует на Вашу работу, на Ваши книги?
– А как же. К нам сюда приезжают ученыеисторики. Приезжают в основном потому, что узнали о нас по изданным книгам.
Владимир Фотиевич Козлов даже приглашал меня сделать сообщение на совместном заседании обществ изучения русской усадьбы и старой Москвы. Было дело: я выступал с докладом на краеведческих чтениях в НиколоУгрешском монастыре. Но вообще эта сторона деятельности меня не очень привлекает. Сделать большой обзорный доклад нельзя: на любой конференции время ограничено.
Обращаются и в связи с фарфоровым заводом Кузнецова в Ликино-Дулёве: у нас много сведений о
заводской жизни еще при само?м Матвее Сидоровиче Кузнецове, когда производство достигло своего расцвета. Были о нас и некоторые отзывы в печати, хотя я этим интересовался мало. Честно говоря, я почти не видел отзывов в печати, ни хвалебных, ни ругательных.
Приезжают к нам ученые также по той причине, что интересуются нашим краеведческим музеем.
– Работа краеведа прекрасна и увлекательна еще и потому, что она практически неисчерпаема. И у Вас еще, должно быть, большие планы?
– Конечно. Я надеюсь, что Господь позволит мне успеть еще многое сделать, пусть не всё задуманное, но многое. Когда я занимаюсь краеведением, когда работаю в музее, когда мы восстанавливаем храм и обустраиваем его территорию, приходит то ощущение исполненной работы, своей нужности людям, полноты жизни, которое и можно назвать подлинным счастьем.
Исстари просвещение на Руси распространялось через церкви, монастыри, через священнослужителей, начиная с летописей, без которых мы не знали бы множества фактов нашей истории, и заканчивая простыми церковно-приходскими школами, давшими России немало ученых людей. И то, что делает о.Олег Пэнэжко, по праву можно поставить в один ряд с подвижническими трудами русских священников, память о которых он и воскрешает в своих книгах.

Беседовала Елена Жукова.