Имена и судьбы. Возвращение в Россию

1 июля 2007 года наш Ховринский Знаменский храм посетила Ольга Николаевна Куликовская-Романова, председатель благотворительного фонда имени Ея Императорского Высочества Великой княгини Ольги Александровны.
Ольга Николаевна Куликовская-Романова (урожденная Пупынина) родилась 20 сентября 1926 года в Югославии. Закончила Мариинский Донской институт благородных девиц (филиал Смольного), эвакуированный из Новочеркасска во время Гражданской войны в Югославию. Впоследствии переехала в Южную Америку, получила медицинское, коммерческое, архитектурное образование, владеет семью языками.
Работала переводчиком в государственных учреждениях Канады, где и проживает ныне.
В 1991 году вместе со своим супругом Тихоном Николаевичем организовала благотворительный Фонд «Программа помощи России» имени Ея Императорского Высочества Великой княгини Ольги Александровны. После смерти мужа в 1993 году возглавила деятельность Фонда, который за эти годы оказал большую материальную помощь России.
Ольга Николаевна – почетный академик Российской Академии Художеств, автор множества публикаций в зарубежной и российской прессе, а также нескольких книг. Член Союза писателей России.
Беседу с Ольгой Николаевной мы продолжили в Государственной Третьяковской галерее, где в июне – июле проходила выставка живописи её августейшей свекрови, Великой княгини Ольги Александровны. Это уже не первая экспозиция работ багрянородной художницы в Москве. Предыдущие выставки с огромным успехом прошли в нескольких городах России: в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Балашихе, Тюмени и Сургуте.
Во время этой экспозиции в Третьяковской галерее Ольга Николаевна дважды в неделю читала лекции, собиравшие немалое число слушателей. Задача данной просветительской деятельности – реабилитация оклеветанной Царской семьи, о которой и ныне продолжают распространять самые разные небылицы. Но дадим слово самой Ольге Николаевне.
«В царственном роде Романовых было очень много одаренных людей, обладающих и художественным образным видением, мышлением, и умением его воплощать в различных видах искусств, в художественном творчестве. До сих пор в разных краеведческих музеях России, а теперь и в некоторых храмах и монастырях, возвращенные туда государством, бережно хранятся собственноручно вышитые русскими царицами и царевнами плащаницы, златотканые пелены для мощей святых, воздухи, архиерейские облачения. Эти творения отличаются безукоризненным вкусом, гармонией и являются высочайшим образцом церковного искусства. Царь Феодор Алексеевич был выдающимся церковным композитором и поэтом.
Его младший брат император Петр Великий обладал безусловным архитектурным и градостроительным талантом. Именно его собственноручные планы легли в основу Санкт-Петербурга и пригородных резиденций. По проекту императора Петра в Москве на Басманной улице построен храм во имя первоверховных апостолов Петра и Павла. Но мало кто знает сейчас, что по проекту императора-строителя был воздвигнут и самый большой многоглавый деревянный храм в Кижах в благодарность Богу за спасение от кораблекрушения. Искусствоведы любят вспоминать имена мастеров, которые с топорами в руках воплотили этот замысел, но по советской традиции глухо умалчивают о его августейшем авторе.
Император Николай Павлович был большим знатоком древнерусской и византийской церковной архитектуры. Он в 1837 году издал указ о необходимости строительства новых православных храмов только в русской и цареградской традиции. Собственноручными набросками император растолковывал архитекторам, привыкшим к языческому классицизму, непривычный для них язык подлинно православного зодчества.
Некоторые Романовы зарекомендовали себя на Западе как выдающиеся фотохудожники и модельеры...
Я упомянула только тех представителей рода Романовых, чье художественное творчество получило широкое общественное признание. Но сама атмосфера и программа воспитания всех царских и великокняжеских детей была пронизана любовью ко всем видам искусства. Рисование, живопись, акварель, музыка, поэзия, театр, архитектура и даже скульптура преподавались детям императорской фамилии не только в теории искусств, но и на практических занятиях. Конечно, для большинства те или иные творческие опыты оставались увлечениями или хобби на всю жизнь. Акварелью увлекались Николай Второй, его супруга императрица Александра Феодоровна и другие.
…Акварель и живопись Великой княгини Ольги Александровны созданы в русле подлинно русской реалистической школы. Её творчество выражает собой традиции и вкусы, которые культивировались в императорской фамилии и в Царской семье.
Это очень важно для восстановления исторической справедливости по отношению к роду Романовых, который благодаря сначала усилиям либеральных общественных деятелей в царское время и тем более в советскую богоборческую эпоху изображался исключительно карикатурными приемами как скопище бездельников, бездарностей, самодуров и эксплуататоров трудового народа».
На выставке Ольга Николаевна всегда окружена множеством людей. Одни просят автограф, другие с увлечением рассказывают, как бывали в Дании или других местах, где проходила жизнь Великой княгини. Каждому хочется найти в своей биографии хоть что-то, связывающее его с большой историей, частью которой является Великая княгиня Ольга Александровна. Несмотря на усталость, Ольга Николаевна одинаково любезно отвечает всем собеседникам, даже тем, кто задает совершенно курьезные вопросы. Наконец и нам удается продолжить начатый в Ховрине разговор.
– Ольга Николаевна, Вы упоминали, что на нынешней выставке представлено около пятидесяти новых работ, не участвовавших в предыдущих экспозициях в России. Расскажите, пожалуйста, как Вы находите эти произведения?
– На выставке представлены работы Великой княгини из моей частной коллекции, всё то, что удалось разыскать и собрать после смерти Тихона Николаевича. Маленькие рисунки, которые кто-то оставил мне в наследство или подарил. В настоящее время работы Великой княгини хранятся в частных коллекциях в Вашингтоне, в Лос-Анжелесе, в Дании и в краеведческом музее датского города Балеруп. Великая княгиня часто дарила свои картины, а иногда писала на заказ. К примеру, одна дама из Лос-Анжелеса заказывала по 10 – 13 картин, а потом продавала их.
Работа и переписка идет постоянно. Мы ведем учет даже тех работ, которые сейчас нам недоступны. Известно около двух тысяч картин, акварелей и рисунков Великой княгини Ольги Александровны. Недавно, к сожалению, я пропустила несколько картин, ушедших на аукционе в Копенгагене. А однажды я совершенно случайно приобрела небольшую работу Ея Высочества.
Это случилось в Торонто. Я возвращалась из одной поездки, было довольно жарко. В Торонто, как и в Москве, случаются пробки. Проезжая мимо магазина подержанных вещей, я вышла из машины, чтобы немного отдохнуть от автомобиля и заодно посмотреть антикварные рамы, так как новые в Канаде очень дороги. В уголке этого магазина устраивался аукцион. Среди вещей было четыре небольших картины в рамочках, одна из них пейзаж, который показался мне чем-то знакомым. Долго я рассматривала его со всех сторон, но ожидаемой подписи «Ольга» не обнаружила. Кто-то давал 5, кто-то 10 долларов… Приобрела я её за 60 долларов. Оказавшись дома, достала её из рамки и тут-то и увидела искомую подпись. Предыдущий хозяин, видимо, даже не предполагал, чем владеет. Так жизнь иногда преподносит подарки.
– Можно ли организовать выставку с участием картин художников, у которых училась Великая княгиня Ольга Александровна, например К.В. Лемоха?
– Я просила об этом руководство Русского музея, в котором планируется провести выставку Великой княгини, но мне было отказано под предлогом, что творчество Великой княгини Ольги Александровны и рядом невозможно ставить с картинами прославленных и признанных живописцев.
Организация выставок требует больших материальных затрат. Некоторые проблемы можно было бы решить с помощью денег. Но за 17 лет моего пребывания в России я не дала ни одной взятки.
– Приходилось ли Вам слышать о научных работах, посвященных творчеству рода Романовых?
– Да, конечно, такие работы уже защищаются в вузах России. Я очень надеюсь, что выставка творчества Великой княгини вдохновит исследователей обратить внимание и на таланты других представителей Царской династии.
– Как Вы относитесь к преданию, что император Александр I не умер в Таганроге, ушел в иночество?
– Сейчас трудно доказать что-либо точно. Но в Семье существовало мнение, что он был жестоко обманут, потому что не подозревал, когда соглашался на свержение, что его отец император Павел Петрович будет убиен.
– Какой была Ваша свекровь?
– Остроумная, веселая, очень жизнерадостная. Я не встречалась с нею при жизни, но мы состояли в переписке. Так мы познакомились и с её сыном, моим мужем Тихоном Николаевичем, когда я приехала из Южной Америки.
Жизнерадостность – очень важное качество. Всегда интересно и приятно, когда человек в хорошем настроении. Улыбайтесь, и у Вас будет масса друзей.
– Расскажите, пожалуйста, о себе.
– Я родилась в Югославии. Родители старались держаться поближе к России, чтобы в любой момент вернуться. Я училась в Мариинском Донском институте для благородных девиц, филиале Смольного. Наша орфография еще была с буквой ять. Все наши классные дамы, обучавшие нас истории, географии, любили Родину и нам прививали такую же любовь.
– Вы чувствуете перемены в России? Изменились ли люди за прошедшие годы?
– Когда я впервые приехала в Россию, пограничник, проверявший паспорта, спросил меня: «Романова? Из тех?» Я ответила: «Да». – «Не всех перерезали, значит», – услышала в ответ. Но в следующий раз в такой же ситуации другой проверяющий произнес: «Романовы? Давно пора возвращаться».
Помню первый визит в Екатеринбург, который я назвала про себя свинцовым городом. Атмосфера была удручающая. На наш крестный ход смотрели настороженно, недоброжелательно. Первый деревянный памятный крест на месте убиения Царской семьи несколько раз ломали. Со временем этот город стал для меня более теплым. Появились храмы, освятившие эту землю.
Духовные перемены в России заметны. Но при этом люди стали более алчными.
– Как часто Вы бываете в России?
– Бывает, живу по полгода, оторвавшись из-за множества дел от моей семьи: дочь и внучка живут в Канаде. Но, несмотря ни на что, вида на жительство мне пока так и не дали.
– Ваш муж предполагал, что в России пройдет выставка картин его матери, мечтал о них?
– Да, мы обсуждали эту идею, но как очень дальний проект. Тихон Николаевич скончался в 1993 году, а тогда здесь было очень тяжелое время, нужно было хотя бы просто накормить людей.
Помню, когда мы организовывали наш фонд, я заглянула в советский словарь в поисках слова «благотворительность» и прочла, что «благотворительность – это буржуазные предрассудки».
– В Вас чувствуется колоссальная жизненная энергия. Что движет Вами, что помогает осуществлять одной такую большую работу?
– Для меня возможны только два состояния: или я без сил, или постоянно что-то делаю. Тихон Николаевич всегда смеялся: «Ты как зайчик из рекламы, который продолжает двигаться благодаря своей батарейке. Ты или работаешь, или валишься с ног».
Помню, когда я впервые ехала в Россию, то не представляла, что и как сложится, как пройдет эта встреча с неосуществимой мечтой, как меня примут в России. Кроме того, в 1983 году я перенесла инфаркт.
День отлета в Россию хорошо помню. Дело было так. С утра Тихон был на прогулке, а батюшка, с которым мы вместе летели, зашел, чтобы обговорить детали. Когда муж вернулся домой, то застал такую картину: я лежу на кровати, врач щупает пульс. Рядом суетится дочь и священник – хоть отпевай. И тогда Тихон Николаевич сказал: «Ты решай: будешь ты умирать или едешь в Россию». Я попросила оставить меня на 15 минут и после этого, отдохнув, тронулась в путь.
И вот уже в который раз я в России. Нагрузки большие, дел много. А помогает молитва и осознание того, что я кому-то нужна, могу кому-то помочь.

Беседовала Валерия Ефанова.
Благодарим Ирину Бугаеву
за помощь в подготовке публикации