Творческая мастерская. Цветы в интерьере храма

– Ольга, расскажите, пожалуйста, как Вы пришли во флористику.
– Мой будущий муж когда-то спросил меня: «Что тебе нравится, чем бы ты хотела заниматься?» И я ответила: «Цветами». В те годы в Москве всё только начиналось, появились первые швейцарские и голландские школы «Элита флора», школа «Николь»... Это было замечательное время: летние поездки, мастер-классы… Практика началась уже во время учебы, у нас очень быстро появились заказы. Латынь оказалась моим языком, я удивительно быстро и легко запоминала названия, которые однокурсница диктовала мне вслух по огромному фолианту «Дендрология». Потом я закончила МАРХИ по специальности ландшафтная архитектура, но флористика и по сей день остается моим любимым делом.
– Мне встречались объявления, приглашающие на многочасовые курсы церковной флористики. Что они могут дать новичку?
– Это как на тренажере учиться водить машину. Даются азы, но нужна практика и самообучение. Надо брать цветы, учиться делать спираль, пытаться сделать что-то хотя бы из полевых цветов. Нужно особое горение. Таких людей сразу видно, у них другой взгляд, они заточены по-другому, способны пятнадцать минут восторгаться цветком, на который другие едва взглянут. Сейчас для меня это только материал, а раньше я и сама так к ним относилась. Цветы надо любить, как детей. Но это очень тяжелая работа: бессонные ночи, варикоз, долгое стояние, порезы от шипов (всё время работать в перчатках невозможно).
– В чём разница между флористикой и популярной у нас икебаной?
– Икебана – японская графика, не имеющая никакого отношения к европейской флористике. Хотя и японцы могут сделать что-то похожее, и европейская флористика может тоже быть графичной. Мы занимаемся европейской аранжировкой, или европейскими композициями, но нас часто называют икебанщицами.

– Считается, что в икебане каждый цветок что-то означает. Есть ли нечто подобное во флористике, какая-то основа?
– Да, безусловно. Это золотое сечение 3-5-8-13-21, важнейший принцип построения любой композиции. Так, в букете мы используем 8 частей белого, 5 зеленого и 3 части желтого как акцент. Три – это всегда акцент. Самое важное, что дала мне школа, – это, безусловно, колористика и гармония. Можно ведь по незнанию смешать такие цвета…
Японцы часто используют совершенно неприемлемые для Европы сочетания цветов, например желтый с розовым. Для Европы важны акценты, тона, но зато Япония учит чувству меры.
Цветок можно трансформировать по-разному: от легкой, линейной формы до весьма полновесной, брутальной. Цветок, например гипсофилу, можно подать легким муаром, а можно сделать массу, формработу.
– Какими цветами чаще всего украшают храмы?
– В храме используются классические композиции из живых цветов. Предпочтение отдается гипсофиле, альстрамерии, розе (хотя она не очень стойкая), гвоздике, хризантеме. Лилия Longiflorum более нежная и изящная, чем другие.

Главное требование к таким цветам – их стойкость. Букет живет мало, композиция ещё меньше (в ней используется губка-оазис – особая форма, наполняемая водой). Чтобы цветы стояли дольше, надо на стеблях делать косой срез ножом (не ножницами и даже не секатором!) к себе. Тогда стойкие цветы простоят и неделю. Если позволяет ваза, можно сделать каркас из прутьев, которые придадут работе форму. В воде букет живет в два раза дольше, чем на губке.
Горшечные растения в храме встречаются очень редко: они все без исключения любят свет, а в храмах его очень мало.
– Где в церкви обычно размещают цветы?
– Главное, чтобы было красиво, гармонично прежде всего. Украшают Царские Врата, паникадила, аналои. Композиции надо ставить повыше, чтобы их было лучше видно даже стоящим в последних рядах. В зависимости от храма, если позволяет пространство, как в Ховрине, украшают и иконостас. В больших, объемных храмах, где много золота, резьбы, сами по себе красивые цветы теряются. А в некоторых приходах полагают, что украшать храм дорогими цветами слишком вызывающе.
– В чём особенности цветочных украшений на Рождество и на Пасху?
– Церковная флористика имеет достаточно утилитарную цель, она не должна мешать людям, её должно быть видно, она призвана украшать храм, и, самое главное, она должна быть стойкой, чтобы композиция не увяла уже на второй день.
Рождество – это, конечно, венки. На Западе это называется Advent, четыре адвентских недели перед Рождеством. В это время дома2 украшают венками с четырьмя свечами и каждую неделю зажигают по одной из них. Эти венки очень сдержанные: орешки, зелень, никаких ярких шаров, никакой пестроты. А на само Рождество делают уже яркие формы. У нас это не принято, поскольку Новый год совершенно затмил всем глаза и голову…
На Вербное воскресенье в храмы последнее время часто стали приносить пальмовые ветви (недаром этот праздник также называется Неделей ваий; вайя – пальма. – Ред.).
На Пасху мы делали из цветов настоящее пасхальное яйцо: плели каркас из веток и выкладывали из гвоздик буквы ХВ. Но в храме очень жарко, идет тепло от свечей, практически ни один цветок такого не выдержит. Поэтому в нынешнем году мы взяли за основу специальный оазисный шар и делали яйцо полностью из цветов. В этот раз мы пошли на эксперимент и использовали в оформлении исключительно белый цвет, и это себя оправдало, я слышала, что эффект был очень сильный.
Храмовую флористику можно сравнить со свадебной. Есть, конечно, какие-то оттенки, но в обоих случаях преобладающим цветом является белый. Красный цвет на Пасху появился исключительно в советский период, как об этом рассказали знакомые пожилые священники. Украшение елок тоже пришло с Запада, но изначально и на Рождество храм украшался белым.
– Но ведь у каждого церковного праздника есть свой цвет облачений. Цвет Богородицы, скажем, голубой…
– Богородичный, если говорить о цветах, – это скорее белый. В храмах невольно не хочется использовать синий… Старые, намоленные храмы часто бывают синими, там, возможно, такой цвет будет смотреться удачно. Но если храм красно-бело-зеленый или красно-бело-золотой, то синий просто не впишется. Синий цвет очень активен, как красный. Это два лидирующих цвета. Один яркий, а второй холодный. Заиграть он может только там, где много стекла, света. Когда горят свечи, синий становится очень темным и теряется, а белый всегда яркий, радужный.
– Значит, белый цвет всегда актуален?
– Да, всегда, потому что это, во-первых, цвет чистоты. Почему белый цвет используется в оформлении как свадеб, так и похорон? Потому что это белый цвет невинности и смерти, но не страшной старухи с косой, а перехода в иную, более светлую жизнь. У нас совершенно не развита похоронная флористика, делают не венки, а настоящие панцири! Европейская же флористика допускает очень красивые композиции, например в форме креста.
– Как Вы относитесь к символике растений?
– По своему опыту могу сказать, что это не имеет никакого смысла. Важна только форма букета, которая и несет смысловую нагрузку. Отношение к цветам у всех очень личное. Кто-то, например, считает каллы похоронным цветком, а я очень люблю их за стойкость, графичность, они прекрасно вписываются в современные интерьеры. С моей точки зрения, и символика цвета – предрассудок. Говорят иногда: «Желтый цветок к разлуке». Но ведь это цвет достатка, радости! Ни один другой цвет не близок к золотому так, как желтый. Люди, которые боятся цветов (не растений), выбирают нейтральные оттенки букетов, но в любом случае всё это очень субъективно.
– Что бы Вы посоветовали желающим попробовать свои силы во флористике?
– Летом я делаю совершенно замечательные букеты из сныти и пионов. У сныти, возможно, не самый приятный запах, но он начисто пропадает в храме, заглушенный горящими свечами.
Очень рекомендую всем прихожанам поэкспериментировать на наших местных цветах, например на той же самой скабиозе, называемой в народе вереском. Эти сиреневые цветы растут на полях. Колокольчики брать не надо, они вянут уже в руках, а вот из ромашки можно делать потрясающие букеты, просто поставив их в вазу.

Беседовала Валерия Ефанова.
Фото Евгения Борисова. На снимках интерьеры Ховринского храма (2007).

Журнал «Лампада»

Объявления

Задайте нам вопрос

Творческая мастерская. Цветы в интерьере храма