Лампадка. Как я искала Бога

Помню, как я искала Бога. Искала, еще будучи пятилетним ребенком. Мне казалось, что Бог живет на чердаке детского сада, в который я тогда ходила.
«Он прячется, но я Его обязательно найду», – думала я, тихонько поднимаясь по скрипучей деревянной лестнице, ведущей на чердак.
Я старалась подниматься как можно тише, чтобы ступеньки не скрипели, не то Бог может услышать и убежать. Я хотела застать Его врасплох и увидеть, но Он, как бы тихо я не поднималась, всегда оказывался проворнее... Но я всё равно знала, что Он есть. Ребенок не просто верит, он знает, потому что душа его по природе христианка. Дети видят ангелов и поэтому знают о Боге. Наверное, им ангелы рассказывают...
Я очень хорошо помню свое Крещение, хотя в ту пору была еще младенцем. Помню купель с теплой водой, куда меня окунали, помню руки батюшки, которые держали меня, помню свой первый крестик (к сожалению, теперь уже утерянный), маленький, белый, на розовой ленточке. Помню мальчика, которого крестили вместе со мной. Он очень громко плакал. Я не плакала, потому что знала, что Бог есть. Он тоже это знал, но почему-то боялся и поэтому плакал. А мне хотелось сказать ему, чтобы он не плакал, но я не могла говорить... А батюшка, который крестил меня, смотрел ласково и строго. Я запомнила этот взгляд на всю жизнь. Больше я уже не видела этого батюшку. Он уехал из нашего города.
В детстве меня не водили в церковь, на это у взрослых не было времени. Я не видела икон, но у моей бабушки был маленький календарик в виде книжечки, и там было очень много изображений разных людей. Бабушка говорила, что это святые, и целовала каждую картинку. Особенно мне нравилось в этом календарике изображение Женщины с Ребенком. Мне хотелось иметь Их портрет у себя, но я боялась попросить у бабушки. А бабушка всегда прятала календарик к себе под подушку. И я никогда не смотрела его без её разрешения, несмотря на то, что Женщина и Ребенок мне очень понравились. А еще я думала, что Им тяжело лежать под бабушкиной подушкой и Они, наверное, мечтают выбраться наружу. Но я боялась «освободить» Их. Мне тогда было пять лет. Я знала, что Бог есть и что Он живет «наверху», так говорили другие дети, с которыми я играла. А «наверху» – значит на чердаке, поэтому я Его там и искала.
В десять лет мне подарили Детскую Библию и я узнала, что у Бога есть Сын и зовут Его Иисус Христос. Иногда мама брала меня с собой в церковь, где я видела множество икон, возле которых люди ставили зажженные свечи. Там была и икона Женщины с Ребенком, и я уже знала, что это Богородица. А однажды, подняв голову, я увидела на потолке церкви большую картину – Бога Отца, на коленях у Которого сидит маленький Бог Сын, а над Ними парит Белый Голубь. Когда Бог Сын вырос, люди зачем-то распяли Его на Кресте.
Я не могла понять зачем. Я часто целовала свой крестик и иногда плакала, потому что жалела распятого Иисуса Христа.
Потом умер мой дедушка, а два года спустя и бабушка. Когда бабушку положили в гроб, мама поехала в церковь, а я осталась с бабушкой одна в комнате. Я тогда взяла «взрослую» Библию и стала ей читать. Я не знала, зачем я это делаю, просто, наверное, бабушке было бы приятно, что я читаю ей на прощание Библию, потому что она очень любила Бога.
В двенадцать лет я выучила наизусть молитву «Отче наш...», ставшую моей первой молитвой, раньше я всегда обращалась к Богу своими словами. Бабушка тяжело болела, и я не хотела, чтобы она умирала. Поэтому я просила Бога не забирать у меня бабушку. И Он не забирал. Но однажды бабушка сказала мне, что ей очень тяжело, она устала и хочет умереть, и я тогда перестала просить Бога. И она умерла. Я очень плакала и хотела обидеться на Бога, но потом поняла, что бабушке с Ним, наверное, лучше, чем со мной. И еще она там встретилась с дедушкой. Я это знала...
После смерти бабушки я взяла себе её календарик. На его обложке изображен пожилой мужчина с белой бородой, в белом головном уборе, судя по надписи, Патриарх Пимен. Я догадалась, что это самый главный человек в Церкви и поэтому его называют Патриархом. Я вырезала из календаря фотографии Богородицы и Иисуса Христа, украсила их рамочкой из разноцветных ленточек, пришила маленькие самодельные розочки и сделала себе иконки. Эти первые мои иконки сохранились и по сей день.
Потом мы с подружкой стали ходить в церковь. Мы убегали с уроков, садились в метро и ехали в храм. Дома об этом, конечно, никто не знал. На карманные деньги, которые нам давали родители, мы покупали печенье, хлеб, тайком уносили из дома яблоки и всё это раздавали нищим, сидящим на ступеньках у церковной ограды. Среди них было много детей. Я всегда любила детей и поэтому стала покупать им конфеты. Дети очень радовались, а я радовалась их радости. Позже я услышала понравившуюся мне фразу: «Весь мир не стоит одной слезинки ребенка». А еще я знала, что Иисус Христос очень любил детей. Он сажал их к Себе на колени, гладил по головкам, целовал. Тайно и я мечтала быть тем ребенком.
В шестнадцать лет я окончила школу и поступила в музыкальное училище. Почувствовав себя более самостоятельной, стала чаще ходить в церковь, а однажды дома во время уборки в старом бабушкином комоде (в который я неизвестно для чего полезла) нашла тяжелый предмет, завернутый в пожелтевшую от времени материю. Я развернула и увидела... икону! Настоящую, старинную, под стеклом. Теперь я знаю, что это Казанский образ Божией Матери. Радости тогда не было предела. Я обрела сокровище, клад, святыню, которая столько времени пролежала под спудом. Вечером пришли родители, и мы повесили икону, как и полагается, в углу. Ныне это самая почитаемая в нашей семье икона, ею моя бабушка благословила маму в день свадьбы; возле Казанской собралось множество других больших и маленьких образов, она словно притягивает их к себе...
На третьем году обучения в музыкальном училище мне неожиданно предложили работу в церковном хоре. Я сразу же согласилась. Даже перед выходом на сцену я волновалась меньше, чем тогда, когда впервые поднималась на хоры. Деревянные ступеньки скрипели, как когда-то в детстве. Я вдруг вспомнила, как искала Бога. «Ну вот сейчас опять убежит, – подумала я то ли в шутку, то ли всерьез, – я ведь и не думаю подниматься тихо...»
Я поднялась наверх, и вдруг в этот момент случилось чудо: Он не убежал... Он остался. Остался жить в моем сердце...

Наталия Красюкова
Иллюстрации Ксении Талагаевой.

Журнал «Лампада»

Объявления

Задайте нам вопрос

Лампадка. Как я искала Бога