• Главная
• Журнал «Лампада»
• 2006 год
• Номер 47
• Литературная страница. Как зэки храм построили

Литературная страница. Как зэки храм построили

Джордано Бруно
О. Арсений был одним из самых первых священников, которые сразу после перестройки пошли служить в тюремные зоны. И он был, пожалуй, самый первый, кто построил настоящий храм в зоне строгого режима. Зона эта находилась недалеко от г. Е. в тайге. Сидели там только рецидивисты. Но у о.Арсения проблем было больше не с зэками, а с охранниками зэков.
Дело в том, что Арсений жил при зоне в двухэтажном бараке офицерского общежития. Но так как рядом был небольшой поселок, эти самые офицеры в бараке не жили, и Арсений обитал в этом здании совершенно один. Охранники приходили туда попить водки, и происходило это фактически каждый день. Уж что там влияло на них, не знаю, но пили они каждый раз как последний – с вечера до утра.
Однажды произошел такой случай. Как всегда, охранники гуляли. В часа два ночи в комнату о.Арсения стали стучаться. Арсений не открывал. Стучали сильно и громко. Арсений терпел. Закрыл голову подушкой и терпел. Часа через полтора, поняв, что если он не откроет, ему сломают дверь, Арсений пошел открывать.
Открыл дверь. На пороге стоял смертельно пьяный, громадный мужик в защитной форме. Покачавшись, он на секунду сосредоточился и четко сказал: «За что вы убили Джордано Бруно?» – и... рухнул на пол лицом вперед прямо в комнату о.Арсения.
Надо напомнить, что о. Арсений маленького роста, очень худой и отнюдь не атлет. До пяти утра о. Арсений вытаскивал это пьяное тело из комнаты. Не знаю, думал ли он при этом о Джордано Бруно?

***
А еще охранники сильно обижались на о.Арсения за то, что он называл зэков узниками.

Арест
О. Арсения однажды посадили в КПЗ. Дело было так. Напомню, что речь идет о годах перестройки. Жили мы очень бедно. При этом нам приходилось еще и ездить в Москву по делам. Так уж устроено в России, что без Москвы нельзя и гвоздь вбить где-нибудь в Северотаёжинске. Ну вот, экономил о.Арсений на всём, чём мог, каждая копейка была на счету. Когда он начал строительство храма в зоне, то начальство для постоянного свободного прохода в зону выдало ему служебное удостоверение ГУИНа. Так он и был на фото в этих красных корочках – в рясе и скуфье…
Документы эти помогали о.Арсению проходить в метро бесплатно: для него и эти копейки были деньгами.
Однажды на вахте в метро оказалась весьма бдительная старушка, которая остановила о.Арсения и потребовала документ. И так и сяк повертела книжку и говорит:
– Это подделка!
О. Арсений говорит:
– Да вы что, я служу в зоне.
– Нет, такого не бывает! – заявила охранница, крепко схватила о.Арсения за руку и засвистела в свисток. Прибежал наряд милиции, и о.Арсения увели в отделение. Там тоже документу не поверили и заперли о.Арсения в «обезьяннике». Только на следующий день, дозвонившись до наших сибирских начальников и выяснив, что о. Арсений действительно служит в зоне, его отпустили.
Мы спросили о.Арсения:
– Ну как там? Самому-то в тюрьме как оно?
– Да ничего, поспал на нарах… выспался хоть, – отвечал спокойно отче, – вот только бабок этих, бывших гэбисток…
В голосе о.Арсения послышались знакомые по его пасомым зэкам нотки...

Словарь
А еще о.Арсений, живя при зоне и общаясь постоянно с заключенными, решил составить словарь зэковского сленга. Долгой и безуспешной оказалась эта работа. Сначала он приезжал к нам в город, полный энтузиазма скоро написать книгу, но с каждым приездом интерес его угасал и угасал. Мы его спрашиваем:
– Ну что там, о.Арсений, как твоя книга?
– Да так… – отнекивался он.
Но однажды мы всё-таки его разговорили.
– Понимаешь, – говорил о.Арсений, – у них нет ни одного понятия доброго отношения к другому человеку и сотня описаний состояния уничижения человека, отрицательного отношения к ближнему. Не хочется что-то писать об этом…

Николай Гашев
Говоря о храме в зоне, нельзя не рассказать о главном строителе Николае Гашеве. Он с детства скитался по тюрьмам, был «в законе» либо типа этого – я не разбираюсь. Когда о.Арсений начал трудится среди зэков, Николай был первый, кто пришел к о. Арсению. Он всем сердцем уверовал в Бога и решил изменить свою жизнь.
Когда пришла пора строить храм, выяснилось, что нужен свой человек на пилораму, так как от него зависело очень многое: и качество леса, и сроки изготовления. Работавший там начальник тюремной пилорамы никак для такого не годился. А Николаю, по тюремным понятиям, работать не полагалось. Подумали, подумали, и Николай решился. Пошел он к главным зэкам, смотрящим за зоной, и они согласились, что раз для храма, то это не будет нарушением тюремного закона.
Так Николай стал начальником пилорамы и с несколькими другими зэками построил храм.
Храм получился как игрушечка: бревенчатый, маленький, но высокий и даже с колоколенкой и малюсенькой кельей.
Николай освободился. Тогда мы все болели монашеством, мечтали стать великими подвижниками. Николаю, всю жизнь проведшему по тюрьмам, вроде бы сам Бог велел стать монахом, но он попросил время для решения своей судьбы. На это время он поехал в далекий северный поселок и там построил церковь.
Приехал через три месяца с твердым решением жениться. Взял в жены прихожанку, женщину с тремя детьми, к тому же больную. Жили они впятером в маленькой комнатушке вместе с матерью его жены, которая отличалась шибко крутым нравом. Николай шутил, что такого надзирателя, как его теща, у него никогда не было...
Но судьба его сложилась трудно. Рецидивист, а это для властей как красная тряпка. Через несколько лет произошел небольшой инцидент и Николая посадили вновь. На суд ходил батюшка, всячески его мы защищали, молились о нём, но все равно дали ему семь лет.
Пока он был в тюрьме, жена умерла и на нём остались ребятишки, в том числе и родившиеся его дети. Скоро он должен выйти из тюрьмы.
Честно, я поражаюсь силе его веры: он не только круто изменил свою жизнь к Богу, но, несмотря на все страшные испытания, остался верным Богу.

***
У нас с Николаем был такой случай. Когда он женился, я в то же время принял монашество. Примерно через месяц после этого мы встретились, ну и за разговором пожаловались друг другу на жизнь. Интересно было то, что он женатый, я монах, а жалобы у нас были одинаковые…

Тяжелый выбор
Когда я подходил к авве решить какой-либо вопрос по своей жизни, авва тяжело вздыхал, молчал немного, а потом говорил: «Знаешь, во мне два человека: один духовник, другой начальник, и начальник побеждает духовника…» И всегда принимал решение, полезное для дела, для служения Богу, а не то, что казалось мне правильным и полезным для моей души.
Когда о.Арсений строил храм в зоне, то на всех строителей писал прошения о досрочном освобождении. И вот, когда строительство подходило к концу, возник вопрос об освобождении главного строителя. О.  Арсений самому своему близкому и главному помощнику отказался давать такое прошение о досрочном освобождении, боясь не достроить храм...

Капут зоне
Недолго прошло после постройки храма о.Арсением в этой зоне строгого режима, как ее расформировали. Без работы остались охранники, зэков развезли по другим зонам. Осталось только небольшое поселение. Местные на о.Арсения обижались:
– Это Арсений виноват! Зачем так усердно молился, что зону закрыли?

Храм
Особо надо сказать, как о.Арсений строил храм в зоне строгого режима.
В городке Е. стоит четырехэтажное здание
Управления лагерями по всему северу края. В те времена, когда о.Арсений строил храм в зоне, он часто бывал там. Мне рассказывали, как он ходил выбивать стройматериалы к начальнику этого ГУЛАГа.
Картина такая. Заходит о.Арсений в здание, а там уже только дверями хлопают и слышно, как служащие передают друг другу:
– Опя-ать Арсений пришел!
Прятались от него. Не давали ничего. Даже сам начальник сбегал. Но о.Арсений всегда был настойчив и упорен. Попав на прием к начальнику, он молча зашел в кабинет, подошел к столу и положил на стол заявку на стройматериалы. Начальник также молча рукой скидывает бумагу на пол. О. Арсений поднимает её и снова кладет на стол. Начальник снова скидывает её на пол. О. Арсений снова поднимает её и кладет на стол. Начальник снова скидывает бумагу на пол и не выдерживает: «Арсений! (***)! Сколько тебе говорить! (***)! Ну нету у меня леса! (***)! Нету!»
О. Арсений молча поднимает бумагу и кладет на стол начальнику. Он смотрит на о.Арсения взглядом, полным желания пристукнуть этого маленького, худого и такого назойливого, обреченно вздыхает и подписывает...

***
На Пасху возле этого маленького деревянного храма, набитого людьми до предела, тройным кольцом стояли сотни зэков. Эти суровые и испытанные жизнью мужики плакали, когда слышали «Христос Воскресе!»

От автора: Все персонажи рассказов реальны, описанные события на са2мом деле происходили в Красноярском крае в 90-х годах прошлого века. О. Арсений – кандидат богословия, ныне служит
за границей. Так сложилось, что всё происходящее в Сибири находится как бы в информационном вакууме, хотя дела делались и делаются достойные. Цель данных очерков – хоть немного заполнить эту пустоту.